May 18th, 2013

Дневниковое

Посмотрел фильм про Магнитского (Justice for Sergei). Интересно. Единственная к нему претензия - он не вполне понятно показывает механизмы происходившего. Сначала Браудера не пускают в Россию (почему - про это не рассказывают, но это к делу не относится). При этом Браудер говорит, что как только ему закрыли въезд в Россию, он вывел из нее свои деньги. Однако осталась группа компаний Hermitage, к которой Браудер продолжал иметь некоторое отношение (какое? чем она занималась, если Браудер вывел свой капитал?). Сотрудники Браудера пытаются выяснить, как вернуть ему визу; им начинают намекать на взятку, они взятку не дают (эта линия в фильме дальше не развивается). Потом совершается рейд на центральный офис этого Hermitage. Забирают учредительные документы и печати разных компаний, входящих в эту группу. Через непродолжительное время выясняется, что компании перерегистрированы на другого человека (и для этого нужны были изъятые документы с печатями). Пока все понятно.

Теперь непонятное: Магнитский выясняет, что на счета перерегистрированных компаний переведены 230 миллионов долларов. Такую же сумму заплатил в виде налогов Hermitage годом раньше.

Спрашивается, как эти 230 миллионов вернулись из бюджета в захваченные компании? Почему (воровать так воровать!) они вернулись в количестве 230 миллионов, а не 500? Не миллиарда? Этот механизм (который, видимо, представлял себе Магнитский и который как-то где-то должен же быть записан) - в фильме очень невнятно отражен. Там в фильме даже еще сложнее получается: Браудер говорит, что прибыль неких (каких? захваченных?) компании составляла аж 973 миллиона долларов, которые в заключениях судов были сочтены убытками... И, видимо, налог с этих 973 миллионов должен был вернуться... В общем, я запутался.



Ну и как-то совсем непонятно, что конкретно сделали в ответ на это адвокаты Браудера и в чем состояла суть уголовных дел, открытых против них, и в чем обвинялся конкретно Магнитский.

Из переводческого бросилось в глаза, что "сидеть на корточках" стало "sit on the knees", а главное - что "разбитые костяшки" на руках Магнитского  о которых говорит его мать, превратились в "the bones were broken", что, конечно, создает сильно другую картину.