June 16th, 2011

Критика

Давно это было. Лет пять назад. Тетушка, ведущая библиографический отдел журнала «Знамя» (под девизом «ни дня без книги»), среди прочих своих твиттероподобных рецензий, написала вот что о переиздании (плохо подготовленном, с уймой опечаток) сулейменовской азии:

Олжас Сулейменов. Аз и Я: Книга благономеренного читателя. — М.: Грифон М, 2005.

Скрытый сюжет этой книги, впервые вышедшей в 1975 году в Алма-Ате, — золотая мечта сочинителя фикшн, не избалованного читательским вниманием. Он о том, что истинно художественный текст может встретить идеального читателя через много веков после своего появления.

Прочтя «Слово о полку Игореве» с верой в его шедевральность и подлинность, казахский поэт исправил массу текстологических ошибок — поэтическое чутье помогло раскрыть темноты, с которыми не справились филологи. Это — часть «Аз». В части «Я» автор опровергает тезис о том, что тюркские языки не имеют отношения к древнему Шумеру.


Интернет подсказывает, в том же году тетенька получила ученую степень кандидата филологических наук. Ученый-филолог всерьез полагает, что казахский поэт, никогда по-настоящему не изучавший древнерусского языка или древнерусской литературы, плохо знакомый с палеографией, не следивший за достижениями «словистики» — благодаря неисповедимому «поэтическому чутью» «исправил массу текстологических ошибок» в «Слове»? Она что, просто тупо схавала все то, что он там понаписал? Или она сознательно морочит читателей, насилует бумагу, подбирает красное словцо? В любом случае — йаду, апстенку и фтопку!


P.S.: Кстати, посмотрев в прошлую свою ругательскую запись об «Азии», увидел, что в выпускающих редакторах этого издания — некто Л. И. Лебедева. О, это замечательный человек! Как раз сегодня я наткнулся на поразительную историю о том, как она (в истории она фигурирует под именем «госпожа Л.») — по совершенно непонятной причине — сплагиатила книжку известной исследовательницы-цветаеведа (исследовательница, впрочем, тоже дает: пришла в 2004 году в новорожденный «Грифон» с важной, серьезной книгой — почему в серьезное издательство-то было не пойти?). О, издательства! О, редактора!