May 22nd, 2008

О суде Божием

Как известно из его жития, Стефан Пермский победил язычника-волхва Пама неоспоримым доводом: предложил им обоим войти в пылающий дом, а нет - так нырнуть в ледяную прорубь. Кто выживет - того и правда. Пам отказался, за что был приговорен своим народом к казни, но помилован Стефаном.

А вот основателю манихейства Мани в таких же обстоятельствах повезло меньше:

"Выступив в 238 г. с проповедью собственного учения, Мани имел сначала большой успех; он обратил в свою веру брата персидского царя и был благосклонно выслушан самим царем Сабуром (Сапор) I. Но вражда мобедов — жрецов господствовавшей религии — скоро заставила его удалиться из пределов Персии, после чего он долго путешествовал в Индии, Восточном Туркестане и, по некоторым известиям, даже в Китае, проповедуя с успехом, в то время, как ученики его насаждали новую веру в различных областях римской империи. Он вернулся в отечество только при внуке Сабура, Бахраме I, который принудил его вступить в открытый спор с великим мобедом. Когда в конце этого спора Мани не согласился на требование своего противника решить дело судом Божиим — испытать истину посредством глотания расплавленного свинца - и не показал никаких чудес в оправдание своей веры, Бахрам произнес такой приговор: этот человек производит волнения, могущие привести царство к разрушению, а потому, прежде всего, необходимо, чтобы он сам был разрушен, дабы предупредить дальнейшие последствия".

О платоновской лекционной манере

Aristotle can be seen as trying to repair the damage that Plato did in his lecture on the Good, where an audience who had come expecting to hear about “health or wealth or some marvelous happiness” were surprised to find that the lecture was about numbers and that its conclusion was that the Good was the One, with the result that some of the audience gave up on philosophy altogether, while others presumably turned to the more practical philosophy of teachers like Isocrates...

Правила Оруэлла

На заседании Клуба переводчиков, о котором отчиталась sea_mammal,  В. К. Ланчиков упоминал о пяти правилах Оруэлла, которые тот выдвигал для спасения английского языка. Правила оказались в оруэлловской статье Politics and the English Language (вот ведь читал когда-то, а забыл - напрочь). Воспроизвожу их:

(i) Never use a metaphor, simile, or other figure of speech which you are used to seeing in print.

(ii) Never us a long word where a short one will do.

(iii) If it is possible to cut a word out, always cut it out.

(iv) Never use the passive where you can use the active.

(v) Never use a foreign phrase, a scientific word, or a jargon word if you can think of an everyday English equivalent.

(vi) Break any of these rules sooner than say anything outright barbarous.

(Ланчиков упоминал шестое, в том смысле, что должно быть правило, дающее переводчику возможность при необходимости нарушать другие правила.)